В последнее время посмотрел два знаковых фильма. Первый - "Бразилия" (наконец-то). Смотрел я его полусонным, расслабленным, в не самом удачном переводе, прерываясь на залипоновые вылазки в интернет - и тем не менее сразу понял, что передо мной шедевр. Гениально само название и сама идея построить серый мрак безумного общества вокруг лёгкой кафешантанной песенки. Гениальны практически все визуальные решения (вроде промелькнувшего в эпизоде следящего устройства в виде глаза, из зрачка которого выдвигается дополнительная трубка - это прямо Символ дурацкой искусственности). Убивают наповал шутки типа "А что сегодня в программе? - "Касабланка"" в разговоре двух зомби-клерков о единственном доступном в "Бразилии" развлечении - "центральном телевидении" из одного канала. Абсолютно гениальна трагифарсовость происходящего, доходящая до двух противоположных запредельных крайностей: мир тоталитарного государства Гиллиама настолько же нелеп и смешон, насколько чудовищно страшен (как я понимаю, этого не было у Оруэлла, которого я, к сожалению, пока не читал). На этом фоне даже блистательно сыгранный Джонатаном Прайсом главный герой, "белый человек в красно-коричневом аду", выглядит банальностью, затёртым штампом (хотя, возможно, что так он и должен выглядеть по Метасценарию). Без сомнения, это один из лучших фильмов в истории кино, настоящий монстр по сравнению с той же "Касабланкой".

А потом я посмотрел "1941" Спилберга. Поначалу казалось, что ничего особенного не получится, и я увижу ещё одну "американскую комедию" с редкими вкраплениями несомненного таланта её создателей (сценарий писал молодой Земекис). Но, постепенно убыстряясь, ход сюжетного развития достиг скорости "Аэроплана" - при несравнимо большем разнообразии и глубине затронутых тем. Финальные титры отражались в моём восхищённом взоре, как огни горящей "Лузитании" в линзе немецкого перископа (пардон за напыщенность). Это великолепный стёб (прежде всего над собой, из-за чего, вероятно, фильм в Штатах и "не приняли"), стёб удивительно добрый (как и всё, даже самая жуткая резня, у Спилберга) и при этом совсем не теряющий в полнокровности ("Фюрер был прав! Вам не место в Третьем Рейхе, жёлтые свиньи!"). Замечательно, что немцы и японцы ни на йоту не принижены в сравнении с американцами, а в конце и вовсе уплывают в Японию с пленным "белым дьяволом". Это, скажу я вам, поступок. В 1979 году лучшие представители нового поколения в США высмеяли Вторую мировую и пошли дальше - править миром, в то время как в смехотворной России 2009 года в парламенте обсуждают, шить или всё-таки нет срокА за "отрицание Победы".

"Знаковость" этих двух фильмов ещё и в том, что их сравнение предоставляет хорошую пищу для размышлений. В мировом кинематографе Америка и Англия чётко делят первое и второе места. При этом "золото" американцы застолбили за собой навечно, как когда-то поступили их предки с необъятными ничейными землями Нового Света (не будем принимать в расчёт несчастных "коренных жителей"). Кино останется за янки так же, как литература за русскими, музыка за австро-немцами и "Одесса" за евреями. Конечно, американцам никогда не снять "Бразилии" и "Заводного апельсина", не снять им и "Реальной любви". Англичане всегда будут изощрённее, тоньше и изысканней: их культура древнее и опытнее, их опыт полнее и глубже (и мрачнее). Но английское кино всегда будет отравлено ТЕАТРАЛЬЩИНОЙ. Островитяне, объявившие своим национальным гением драматурга (жившего чёрти когда, полуфиктивного и по мнению некоторых весьма посредственного), от этой "полуфиктивности" уже не избавятся. Бутафория через театральный грим проникла в кровь, стала частью ДНК. Сны Сэма Лоури неприкрыто декоративны, и это СУТЬ. Американец постарался бы сделать всё максимально правдоподобным, реальным, ведь Зритель должен ощутить себя частью происходящего. Англичанин же считает, что куда важнее загипнотизировать, заворожить, поразить публику. В театре это действительно так, а в кинематографе - нет. При этом театр можно замаскировать под кино, чем великолепно пользуется хамелеоновое британское искусство. И всё же это не кино, не вполне кино. Пусть на 1%, но это стилизация. И лишь в Америке кино научились делать химически чистым. Только в Голливуде хранится рецепт волшебного эликсира, и украсть его невозможно.